По волчьему следу. Хроники чеченских войн - Николай Асташкин Страница 12
По волчьему следу. Хроники чеченских войн - Николай Асташкин читать онлайн бесплатно
После этого 2 ноября 1991 года V съезд народных депутатов России принимает решение о незаконности прошедших 27 октября в Чечне выборов. Напомню, что к тому моменту между съездом — высшим органом власти в России — и Президентом Ельциным противоречий еще не существовало, Хасбулатов еще абсолютный демократ, его заместители тоже. Таким образом, в происходящем на кремлевской сцене не было никакой иной политической подоплеки, и с точки зрения всех норм права после 2 ноября Дудаев перестал являться легитимным президентом. Впрочем, и сама процедура его избрания содержала множество подводных камней. Однако он не собирался без боя сдавать захваченную им власть: серия разгонов неугодных ему противников была уже начата.
Что же дальше?
6 ноября 1991 года лидер «партии войны» Руцкой (тогда еще друг и соратник президента России) докладывает Ельцину о необходимости введения в Чечне чрезвычайного положения. Готовится Указ, который визируется Шахраем и Хасбулатовым и, после подписания Ельциным, вступает в силу с 8 ноября. Уже в тот момент чеченская карта стала разыгрываться для сдерживания в стране центростремительных тенденций победившей команды так называемых демократов. Позже это сдерживание централизма превратится в откровенное разрушение всего достигнутого. Впрочем, и тогда уже было ясно, что конфликт между «партией войны» и «партией мира» — конфликт не идеологический, а государ-ственнический. Очевидным являлось и то, что уходящая команда горбачевцев при удобном случае постарается подставить подножку российским государственникам демократического разлива.
Так и случилось. К примеру, реализацию Указа о чрезвычайном положении в Чечне фактически сорвали союзные власти и, прежде всего министр внутренних дел СССР Баранников, который с самого начала относился к нему резко отрицательно. Баранников не скрывал, что не будет участвовать в реализации ЧП, косвенно выражая таким образом общую позицию политического руководства Союза ССР и Президента Горбачева.
Вот что рассказал Парламентской комиссии о тех событиях бывший вице-президент РФ Александр Руцкой: «Когда на территории республики начались эти безобразия, одним из первых, кто поддержал и завизировал проект Указа Президента о введении чрезвычайного положения, был Председатель Верховного Совета Хасбулатов Руслан Имранович...
Предлагалось внутренними войсками Советского Союза (а тогда внутренних войск у МВД России не было) ввести систему жесткого пропускного режима. Каким образом? Блокировались железные дороги на въезде и выезде из Чечни, блокировались автотранспортные магистрали и те направления, где можно было проехать туда и обратно. Для наведения порядка, подчеркиваю, в крайней ситуации, предназначалась бригада спецназа. Так, в общем, планировалось введение чрезвычайного положения...
Если бы по этой схеме было введено чрезвычайное положение в ноябре 1991 года, такого бы кровопролития, как сегодня, просто не было...
Я напомню слова, которые сказал тогда на Верховном Совете. Из зала, как вы помните, требовали отставки вице-президента в связи с тем, что он нарушает права человека. Какого человека — при этом не оговаривалось. Я предлагал навести там порядок в отношении откровенных бандитов, — это называли нарушением прав человека...
Когда Президент согласился ввести чрезвычайное положение и поручил заниматься этим вопросом мне, он исчез из Москвы и отсутствовал почти пятеро суток.
Представьте себе, вице-президент страны не может связаться ни по каким средствам связи с главой государства...»
А вот слова другого в те годы «первого лица» страны, Егора Гайдара: «Я был назначен в Российское Правительство в ноябре 1991 года и буквально первый рабочий день Российского Правительства для меня совпал с днем отмены Верховным Советом Указа Президента "О введении чрезвычайного положения в Чечне"...
То, что я узнал, для меня свидетельствовало о глубоком кризисе всех силовых инструментов и Союзного и Российского государств. Было очевидно, что операция провалилась из-за нескоор-динированных действий российских и союзных органов власти, что внутренние войска получали противоречивые указания от российских органов власти, в частности, от вице-президента Руцкого, и от союзных органов власти, в частности, от Президента Горбачева... »
И впрямь события, последовавшие за введением ЧП, носили явно трагикомический характер. Так, направленный в Грозный ОМОН блокируют вооруженные боевики, сопротивление которым он оказать не может, так как личный состав и техника летят в разных самолетах и приземляются на разных аэродромах — омоновцы в Ханкале, а техника в Моздоке и Владикавказе.
Дудаев объявляет в Чечне военное положение.
Как видите, в ответ на стремление установить главенство российских законов и обеспечить нормальный процесс выборов, повсюду начинались вопли об агрессии против Чечни. Под этим лозунгом в Москве активизировалась так называемая «партия мира». Самой заметной фигурой здесь становится народный депутат Российской Федерации, советник президента РФ по национальным вопросам Галина Старовойтова. Сергей Шахрай обвиняет и, видимо, небезосновательно, в срыве ЧП союзные структуры. Связь руководителей этих структур и Старовойтовой, что называется, на поверхности. Оказавшись тогда впервые в ловушке, Шахрай поддержал постановление Верховного Совета РФ об отмене чрезвычайного положения от 11 ноября.
11 ноября 1991 года Верховный Совет РФ отменяет Указ Президента о ЧП. Галина Старовойтова по поручению Президиума Верховного Совета РФ начинает вести телефонные переговоры с Дудаевым, одновременно давая интервью, в которых подчеркивается его галантность и демократичность. В московской печати продолжается антироссийская кампания, проводятся аналогии с противостоянием «Центр — Литва». Статьи идут под общим девизом: «Союз распался, очередь России?». В Чечне разворачивается пропагандистская кампания обличения российского империализма с призывами к народам Северного Кавказа построить свой «общий дом» без России: «Россия — гадюка, которой нужно свернуть башку», — говорит Дудаев в интервью турецкой газете «Миллет». «Фигаро» отмечает: «Дудаев ныне для Ельцина то же, чем был президент независимой ныне Литвы Витаутас Лансбергис для Горбачева».
А в небольшом селении Лыхны, что в Гудаутском районе Абхазии, съезд Кавказских народов провозглашает создание нового государства — Конфедерации горских народов Кавказа.
Из «Новой газеты», октябрь 2003 года:
«... Наивные мы все-таки люди! — вспоминает бывший пресс-секретарь Президента Российской Федерации Бориса Ельцина Павел Вощанов. — Иной раз думаем, что за словами и поступками наших вождей стоит какой-то великий государственный смысл, а его там нет и в помине. Обиды, амбиции или того хуже — корысть. Этого в изобилии. Государственного смысла — ни на копейку.
...На совещании у Ельцина вице-президент Александр Руцкой был единственным (все-таки афганский опыт чего-то значит), кто был против применения армии в Чечне. Но его не послушали — решили, что грозненский аэропорт должен взять наш десант. Выбросили, но он неожиданно для всех оказался заблокированным вооруженными дудаевцами. Возникла угроза перерастания конфликта в большую войну. И все это накануне поездки Ельцина в ООН и к Бушу в Кэмп-Дэвид...
Жалоба
Напишите нам, и мы в срочном порядке примем меры.
Комментарии