Дьявольский полк - Свен Хассель Страница 12
Дьявольский полк - Свен Хассель читать онлайн бесплатно
Я слегка развернул башню. Малыш лбом сдвинул предохранитель. По его голой спине струился пот. Из дула пушки вылетал снаряд за снарядом.
Запряженные в навозную телегу лошади понесли. Один из работников ухватил вожжи и помчался прочь в громыхающей, подскакивающей телеге. Телки в панике снесли ограду и побежали прямо под огонь.
Все танки на дороге были охвачены пламенем.
— Огонь фугасными, — приказал майор Майк.
Снаряды начали рваться среди кричавших, пришедших в отчаяние людей. Трупы взлетали в воздух и падали снова. Наконец мы стали стрелять зажигательными снарядами, и дорога превратилась во всепожирающее море огня.
— Завести моторы, — приказал майор. — Вперед.
Наступил черед наших пулеметов и огнеметов. Мы ехали по пылающему аду, башни вращались, пулеметы лаяли, поливая пулями раненых и мертвых. Из груды тел поднялся человек, высоко вскинул руки, словно пытаясь остановить нас, рот его был широко открыт, глаза смотрели безумно. Огнемет лизнул его языком желтого пламени, и он превратился в черное, сморщенное невесть что.
Майк приказал прекратить огонь.
— Образовать маршевую колонну. Место назначения — полк!
Радиосвязь была вновь открыта. Мы смеялись, глядя друг на друга. Американцы не сделали ни единого выстрела. У нас не было даже ни единой царапины на краске, мы уничтожили целый полк благодаря американскому штаб-сержанту.
Майор Майк вызвал командира полка. Мы слышали радость и гордость в его голосе:
— Носорог вызывает Свинью. Прием.
— Свинья слушает. Говорите, Носорог. Прием.
— Командир, уничтожен танковый полк противника [55]. Пленных нет. Наших потерь нет. Израсходовано полторы тысячи бронебойных снарядов, восемьсот фугасных, триста зажигательных [56]. Для наблюдения с воздуха: карта номер три, дорога номер шесть, пункт А-два. Все.
— Свинья Носорогу. Поздравляю. Возвращайтесь. Командир. Конец связи.
— Предпочитаю отступление наступлению, — сказал Барселона. — Здесь мы можем пить фрезу, но если двинемся вперед, придется хлебать из луж грязную воду. Когда мы наступаем, у нас есть только то, что выдают. И мне надоели девицы Иды.
— Завтра, — сказал Порта и, сияя глазами, поднял две фрикадельки, чтобы мы полюбовались ими, — я хотел бы заснуть в королевской постели, изнасиловать королеву и всех принцесс.
— Может, они были бы довольны, — мечтательно сказал Грегор Мартин. — Может, им бы понравилось, что их лапают руками, от которых пахнет трупами.
— Мы — просто явление времени, — сказал Старик. — Когда-нибудь все это кончится, и нам придется отмываться.
— Когда войдем в Рим, — заговорил Хайде, — то, если американцы не будут преследовать нас по пятам, первым делом брошусь в громадную кровать с шелковым пологом. Во всем своем рванье. Все там перепачкаю. Отосплюсь всласть, потом найду себе какую-нибудь соблазнительную дамочку с превосходным бельем и буду трахаться с ней раз за разом. Затем напьюсь до одури и буду продолжать отступление.
— Побольше бы фрезы, — подал голос Порта, — мы отступали б так до самого конца, выпили бы всю их выпивку, перетрахали бы всех их женщин, перепачкали бы их постели. Рим, Милан, Инсбрук… и окончили бы в Берлине прощальным загулом.
Свисток вернул нас к реальности.
— Строиться с оружием перед танками, — приказал майор Майк Браун.
— Я что-то слишком сонный, — пробурчал Порта.
Волоча ноги, мы вышли к танкам пятой роты и встали перед ними; все были изможденными, потому что не спали четверо суток.
— Я засну на ходу в танке, — пригрозил Порта.
Майк обругал его. У майора глаза тоже были припухлыми и красными от бессонницы.
Мы тронулись.
Два танка переехали через бордюр дороги, потому что их экипажи заснули.
Появились тучи «джабо» и очистили дороги. Стоило показаться танку, два-три самолета тут же атаковали его.
За два часа «джабо» разнесли наш второй батальон в пух и прах; наша рота потеряла все «пантеры» и половину экипажей. Порте пришлось скатиться по склону холма, чтобы погасить горящий мундир. Мы расположились в горах и ждали пополнение личного состава. Новые танки мы уже получили — 68-тонные «тигры» с очень действенными 88-миллиметровыми орудиями [57]. Новые экипажи прибывали, как обычно, небольшими группами. Это были уже понюхавшие пороха солдаты, многие ехали прямо с Восточного фронта все еще в зимнем обмундировании. Принимал их гауптфельдфебель Гофман, первый мерзавец среди всех гауптфельдфебелей; он любил звук своего голоса и постоянно наслаждался им. Иногда бывал саркастически-дружелюбным и называл подчиненных библейскими именами; иногда становился грубым и употреблял сортирную лексику. Бывая нормальным, то есть умеренно-злобным, использовал загадочные полузоологические наименования — такие, как «зубчатая корова», «мусорная свинья», «навозный бык», «кроликовый журавль», «зонтичная крыса».
Как младший командир, гауптфельдфебель Гофман не имел права на денщика, но у него их было даже двое. Один исполнял обязанности лакея. До того, как злая судьба привела его во власть гауптфельдфебеля, он был метрдотелем в одном из лучших отелей Берлина. Второй выступал в роли судомойщика и виночерпия. От него требовалось первоклассное обслуживание, когда Гофман в уединении утолял голод.
Благорасположением гауптфельдфебеля пользовался только человек по прозвищу Орел, бывший штабс-фельдфебель из гарнизонной тюрьмы в Гамбурге. Он стал старшим писарем. Мы пытались настроить Майка и лейтенанта Фрика против Орла, но у нас ничего не вышло. Орел уютно сидел на своем месте и только посмеивался над нами. Однажды ночью несколько ребят сыграли с ним жестокую шутку. Набросились на него, когда он видел в койке сладкие сны, привязали к дереву, завязали глаза и обернули шею тряпкой. И, наконец, установили напротив него итальянский пулемет. Утром, когда его отвязали, он весь трясся от ужаса.
Гофман счел это хорошей шуткой и назвал ее исполнителей остроумными шельмами, но когда на его стол упала граната без взрывателя, остроумные шельмы превратились в кровавую свору диверсантов-коммунистов, и он вызвал тайную полицию вермахта. По вызову прибыл увечный криминальоберсекретер, провел три дня, истощая личные запасы выпивки Гофмана, и отбыл, не раскрыв ничего, однако не забыв прихватить четыре блока сигарет «Кэмел» и две копченые задние бараньих ноги. Уезжая, он заверил Гофмана, что скоро вернется, дабы разобраться в деле более тщательно, после чего Гофман издал несколько очень странных звуков. Когда наш гауптфельдфебель излил свои горести приятелям в штабе полка, те утешили его, напомнив, что он сам обратился в полицию; и Гофман поклялся, что впредь будет следовать совету более опытных людей: «Не буди лиха, пока оно тихо». Усыпить его снова трудно.
Жалоба
Напишите нам, и мы в срочном порядке примем меры.
Комментарии