Теория стаи. Психоанализ Великой Борьбы - Алексей Меняйлов Страница 73
Теория стаи. Психоанализ Великой Борьбы - Алексей Меняйлов читать онлайн бесплатно
Но если бы в Синодальном переводе неправильности ограничивались только приведенными мелкими подлогами! Не только восхваление купцов, но и проторгашеская психология «дашь на дашь» является стержнем искажений глубочайших в Библии идей. Суть торгашеской концепции спасения в эпоху инквизиции явлена была в индульгенциях: гони священнику монету и приобретешь так называемую «избыточную праведность» утвержденных подписью папы святых. (Избыточная праведность, в понимании католиков, — это та чрезмерная праведность, которая остается — видимо, как объедки на столе — после спасения самого святого.)
Порядок, иными словами, рыночный: сначала праведность (можно деньгами), потом рождение свыше и — ура! — спасение. Сначала ты Богу, потом — за это — Бог тебе.
Читаем синодальный перевод эпизода с женщиной, умывшей Иисусу ноги и отершей их волосами (Лук. 7:47). Фарисей Симон, демонстративно нарушая элементарные нормы гостеприимства, не поцеловавший Иисуса и не умывший Ему ноги, пытается ее выгнать со словами, что греховная женщина с равви не должна быть даже рядом. Иисус его останавливает: «Сказываю тебе (Симон): прощаются грехи ее многие за то, что она возлюбила много».
Это — благословленный (утвержденный) церковной иерархией перевод. В греческом же подлиннике нечто совершенно противоположное!
«Сказываю тебе (Симон): грехи ее уже прощены, и узнать об этом мы можем по, хотя бы, тому, что она возлюбила». Новое состояние ее души проявляется в том, что она, в противовес существовавшей иерархии, Истину назвала Господом — и омыла Ему ноги. Это в жизни. А в переводе — вместо прямых взаимоотношений с Богом — торгашеские прилавки Вавилона.
В Библии, книге многих, но философски единых авторов, вдохновленных Богом, воззрения на взаимоотношения Бога с человеком неизменны на любой странице, а именно: Бог первым выходит навстречу к человеку, а то, что среди толпы особей со стайной психологией находятся личности, согласные Его принять, — великая благочестия тайна. Во Вселенной Бога все — даром.
Это — противоположность торгашескому принципу.
«Купцы» Вавилона — жрецы и вельможи в том смысле, что прививают логику, противоположную библейской. Жрец — всегда при недвижимости Вавилонской башни; недвижимость же надо содержать — убедительное оправдание для подлостей при добывании денег. Естественно, в Вавилоне «купцы земные» и «купцы твои» оказываются одними и теми же лицами.
Подобными подменами типов мышления изобилует перевод не только Нового Завета, но и Ветхого, — тем разоблачая и переводчиков, и тех, кто перевод «благословлял» и тиражированию его не противился. Подмен в Ветхом завете чересчур много, чтобы приводить хотя бы часть, ограничимся лишь одним местом, да и то только потому, что мы его будем цитировать ниже в уже исправленном виде.
Ситуация следующая: пророка Амоса (по профессии пастуха — указание на положение, точнее, отсутствие положения в иерархии) вызывает недовольный его пророчествами (о грядущем изгнании народа израильского с насиженного места, соответственно и разного рода князей из дворцов) первосвященник Амасия, который находится на равной ноге с царем Иеровоамом, и приказывает ему: «Провидец! пойди и удались в землю Иудину; там ешь хлеб и там пророчествуй» (Амос 7:12).
Далее цитируем синодальный перевод как он есть, без исправлений:
И отвечал Амос и сказал Амасии: …ты говоришь: «не пророчествуй на Израиля и не произноси слов на дом Исааков». За это, вот, что говорит Господь: жена твоя будет обесчещена в городе (при взятии города. — А. М.); сыновья и дочери твои падут от меча… и Израиль непременно выведен будет из земли своей».
(Амос 7:14–17)
Омерзительность этого перевода бросается в глаза: противился Богу один, а претерпят наказание другие, которые вообще ни при чем: женщины и дети… Нам являют для поклонения не любящего Бога, воплощение агапэ, любви, а человекоубийцу, садиста, лишенного всякого понятия о справедливости. Но таково восприятие Бога лишь у переводчиков и их хозяев; в подлиннике Библии с характером Бога все в порядке:
И отвечал Амос и сказал Амасии: Ты говоришь: «не пророчествуй на Израиля и не произноси слов на дом Исааков».
Но вот, что говорит Господь: жена твоя все равно (даже если ты мне заткнешь рот. — А. М.) будет обесчещена в городе; сыновья и дочери твои падут от меча… и Израиль непременно выведен будет из земли своей.
(Амос 7:14–17)
Основное русло истории не зависит от воли царей «Вавилона» и восхваляющих их первосвященников (как при тоталитарных режимах, так и в рабовладельческих демократиях типа Карфагена и Соединенных Штатов, восхваляют купцов). Ибо бедствия есть или закономерные следствия разрушительной деятельности самого человека, или допускаются (но не насылаются!) Богом, но не за что-то, а для чего-то; изменение системы ценностей может привести ко спасению не только самого попавшего в допущенную беду человека, но и его детей и близких — это касается не только древних израильтян.
Смысл Библии и характера Божия воспринимается, прежде всего, подсознательно. И наоборот: по тому, как человек понимает смысл библейских откровений, можно сделать вывод о состоянии его подсознания. Искажения перевода есть следствие вовсе не случайных ошибок, но имеют систематический характер. Они целенаправленны, потому что все ведут только к одному: чтобы купцы чувствовали себя на улицах «Вавилона», пока еще разгороженных государственными границами кварталов, не просто вольготно, но воспринимали себя почти святыми и пророками, якобы вестниками мира и дружбы народов. Как во времена Наполеона и ему подобных.
Сплавленное воедино триединство царей, купцов и священников проявляется не столько в том, что храмы для себя священники строят исключительно на средства купцов и с благословения царей, но в единстве психики и духовного опыта преданности сверхвождю — как следствие, и грядущему.
И то, что происходило при нашествии вождей типа Наполеона, Гитлера или Сталина — явленная людям предательская сущность купцов, царей и священников, — это закономерность, легко распознаваемая всяким, кто согласен не сопротивляться мудрости.
ТАЙНА ЧЕЛОВЕКА, ВНЕСШЕГО КРЕСТ НА ГОЛГОФУ
Откроем Евангелие:
Выходя, они встретили одного Киринеянина, по имени Симона; сего заставили нести крест Его.
(Мф. 27:32)
И заставили проходящего некоего Киринеянина Симона, отца Александрова и Руфова, идущего с поля, нести крест Его.
(Марк 15:21)
И когда повели Его, то, захвативши некоего Симона Киринеянина, шедшего с поля, возложили на него крест, чтобы нес за Иисусом.
Жалоба
Напишите нам, и мы в срочном порядке примем меры.
Комментарии