Клеопатра Великая. Женщина, стоящая за легендой - Джоанн Флетчер Страница 70
Клеопатра Великая. Женщина, стоящая за легендой - Джоанн Флетчер читать онлайн бесплатно
Не считаясь с этой потерей, некоторые римляне осмелели настолько, что открыто говорили о том, о чем только позволяли себе думать, когда был жив Цезарь. Так, тот же Цицерон заметил, что «бегство Царицы не огорчает меня»*. И Клеопатра действительно уехала из Рима до 15 апреля с сыном, братом и своей свитой. По-видимому, на голове у нее был черный платок, который стали носить вдовы на Западе еще с гомеровских времен. Но для египтян черный цвет всегда считался цветом новой жизни и возрождения. Поэтому внешность Клеопатры в ее обычном наряде Исиды могла служить двойной цели.
Но царица в черном одеянии не сразу поплыла в Александрию, она сначала направилась на Кипр, чтобы восстановить там птолемеевскую власть. Хотя Цезарь вернул остров Египту в 48 году до н. э. после десяти лет жесткого правления Рима, по формальным признакам он был передан младшему брату Клеопатры, Птолемею XIV, и младшей сестре Арсиное IV. Поскольку Арсиноя находилась не так далеко от Кипра — в Эфесе, куда ее сослал Цезарь, и продолжала строить козни, Клеопатра сочла своим долгом предстать перед киприотами как их полноправная царица рядом с их признанным правителем Птолемеем XIV, хотя его портрет больше не появлялся на монетах, а вместо него теперь изображалась только Клеопатра с младенцем Цезарионом.
Сделав все необходимое, чтобы кипрские богатства потекли в Египет, Клеопатра назначила наместником на острове Серапиона, потом поплыла дальше в Александрию. При благоприятном северном ветре пересечь Средиземное море можно было меньше чем за шесть дней, и, сумев миновать неожиданные весенние шторма, корабль Клеопатры наконец вошел в Большую гавань.
При наличии трех оставленных Цезарем легионов, которые обеспечивали порядок в городе, Клеопатра отобрала бразды правления у оставленного ею правительства и к июлю 44 года до н. э. снова утвердилась у власти. Хотя документ, датированный 26 июля, вышел от имени Клеопатры и Птолемея XIV, с сентября упоминания о нем больше не встречаются. Достигнув пятнадцатилетнего возраста, то есть номинального совершеннолетия, он вполне мог бы захотеть больше власти для себя, и после смерти Цезаря ничто не препятствовало Арсиное возобновить совместное с ним правление. Эта пара представляла бы реальную угрозу Клеопатре и ее трехлетнему сыну, поэтому Птолемей XIV был ликвидирован, как считается, отравлен Клеопатрой в соответствии с освященной временем царской традицией.
Сохранив свой титул «Теа Филопатор» — «Богиня, Любящая отца», Клеопатра отбросила теперь ставший ненужным титул «Филадельфия» — «Любящая брата», но, следуя птолемеевской традиции двойного правления, сразу же сделала Цезариона своим соправителем. Как Птолемей XV Цезарь, Теос Филопатор Филометор — «Бог, возлюбивший отца и мать» стал земным воплощением Гора во всех смыслах, его мать Клеопатра — земным воплощением Исиды, а отец Цезарь — Осирисом. Согласно хорошо известной египетской легенде, Осирис воскрес на руках своей всемогущей жены Исиды и стал владыкой загробного мира, а его сын Гор, которого вырастила Исида, занял место отца на земле.
Таким образом, египетский миф стал политической линией Клеопатры. Ее современник историк Диодор Сицилийский писал, что «Исида жила со своим братом [и супругом Осирисом], а после его смерти поклялась, что больше никогда не выйдет замуж. Она отомстила за убийство мужа и с тех пор продолжала править только по закону. По сути дела, ей принадлежит заслуга в большинстве великих благодеяний для людей» [379]. Это обстоятельство позволило Клеопатре перенять у Исиды ее всеобъемлющую женско-мужскую двойственность, давшую ей основание утверждать: «Я поступала, как мужчина, хотя была женщиной, чтобы сохранить имя Осириса на земле» [380]. И даже на далеких греческих островах почитатели Исиды говорили, что «она уравняла женщин с мужчинами» [381].
Как кормящая богиня-матерь и божество, считающееся более могущественным, чем тысяча солдат, Исида появлялась со своим священным животным — змеей, обвивающей ее руку, «в роли верховной волшебницы, уничтожающей врагов Осириса» [382]. Это нашло отражение в ювелирных изделиях — золотых браслетах в виде змеек, очень популярных в птолемеевские и римские времена. Их носили на обоих предплечьях так, что на правом одна змейка как бы поднималась вверх, а на левом другая — опускалась вниз. Возможно, что их надевали вместе с украшениями с портретом Цезаря, точно так же, как золотые монеты с изображениями Птолемеев прикрепляли к разукрашенным драгоценностями ожерельям и поясам. А еще, конечно, носили золотые кольца в форме кувшина для жертвенных возлияний в честь божественной души Цезаря с его образом.
Хотя его прах захоронили в родовой усыпальнице в Риме, его душа пребывала в Египте, где Клеопатра, вобрав в себя силы Исиды, чтобы воскрешать мертвых по крайней мере мысленно, возобновила программу строительства храмов. Память о Цезаре хранилась в соответствии с древними египетскими традициями в мемориале Цезареуме, возвеличивавшем в камне происхождение Цезариона по отцу.
Сооруженный рядом с царским дворцовым комплексом в приморской части Александрии, он в некотором отношении напоминал храм, построенный Птолемеем II в память о своей скончавшейся и обожествленной супруге Арсиное II. Клеопатре, наверное, очень понравился обелиск, установленный перед храмом ее предков, и она решила воздвигнуть такие же два двухсоттонных обелиска из розового гранита из Гелиополя. «Иглы Клеопатры» полуторатысячелетней давности поставили на расстоянии шестидесяти метров по обеим сторонам громадного входа в Цезареум, который имел стопятидесятиметровую длину по фасаду, обращенному в сторону гавани, и ширину семьдесят метров и располагался посреди ухоженного парка. Возвышавшаяся на массивном фундаменте многоуровневая надстройка в виде ступенчатого святилища была самым впечатляющим зданием в Александрии, подобного которому ранее никогда не видели. Иудейский философ Филон позднее писал, что «нет святыни более драгоценной, чем [этот храм. Он] возвышается над самыми удобными гаванями, такой величественный и отовсюду заметный, и он, как ни один другой, весь полон посвятительных даров: он окружен кольцом из надписей, серебряных и золотых статуй; широко раскинуты священные земли храма, тут портики, библиотеки, священные рощи, ворота, просторные дворы — все, чем создается роскошь и красота» [383].
Жалоба
Напишите нам, и мы в срочном порядке примем меры.
Комментарии