Убийство в особняке Сен-Флорантен - Жан-Франсуа Паро Страница 42
Убийство в особняке Сен-Флорантен - Жан-Франсуа Паро читать онлайн бесплатно
Среда, 5 октября 1774 года
Стремительно менявшийся в лице Сартин стоял возле любимого механического шкафа и манипулировал клавишами из слоновой кости и черного дерева. Вместо веселой музыки Рамо шкаф издавал монотонное хрипение, напоминавшее натужное исполнение Dies Irae. Вдруг ящик с сухим стуком открылся, и Сартин, вцепившись в его рукав, в ужасе уставился в недра шкафа. Проследив за его взглядом, Николя увидел окровавленное женское тело. Обернувшись, он обнаружил, что министр исчез, а на пол сыплются срезанные цветы. Пока он стоял в растерянности, откуда-то возник человек и стал рубить топором толстый ствол дуба, двигая руками, словно марионетка, какими торгуют на Новом мосту. У дровосека было бесстрастное лицо Бурдо. Внезапно сверкнул клинок и ударил его в грудь, но вместо удара он ощутил мягкое прикосновение. Открыв глаза, он увидел Мушетту: киска разгуливала у него по кровати, время от времени любовно толкая его носом в подбородок.
Пока он приводил себя в порядок, ночной кошмар, смысл которого остался для него непонятен, не отпускал его. Он достал складной дорожный чемодан, проверил ружья, подаренные ему Людовиком XV, почистил сменную одежду, придворный костюм и костюмы для охоты. Лишившись должности, Лаборд утратил право на комнаты во дворце, и теперь Николя, приезжая в Версаль, вынужден был останавливаться в гостинице, что изрядно раздражало его. Необходимость возить с собой оружие и костюмы раздражала его вдвойне, хотя он и старался не подавать виду. Не желая никого будить, ибо в доме спали все, включая Катрину, он отправил на поиски экипажа мальчишку-подмастерье из булочной. Тот быстро справился со своей задачей, и когда Николя сел в карету, ночной сумрак еще не рассеялся. Вскоре закапал дождь; возле заставы Конферанс дождь окончательно разошелся, а через короткое время к нему добавился порывистый ветер.
Обуреваемый мрачными мыслями и нехорошими предчувствиями, Николя размышлял о недуге Ноблекура. Он понимал, сколь многим он обязан старому прокурору и как сильно он к нему привязан. Тревожные мысли о здоровье старшего друга плавно перешли в рассуждения об эфемерности человеческого бытия. Как много людей, сыгравших большую роль в его жизни, уже отошли в мир иной! Его опекун каноник Ле Флок, нежной любви и вниманию которого он обязан своими нравственными убеждениями. Его отец маркиз де Ранрей, образец человека умного и отважного. Комиссар Ларден, преподавший ему основы ремесла и ставший для него не только придирчивым, но и умелым и требовательным начальником. И хотя комиссар совершил немало ошибок, Николя был рад, что отомстил за его смерть [24]. Холодное и хмурое лицо Лардена часто всплывало у него в памяти.
Экипаж ехал по Елисейским Полям; в тусклом свете надвигавшейся грозы они выглядели пустынными и зловещими. Своей благожелательностью покойный король укрепил его врожденную преданность тому, чей профиль, отчеканенный на золотом луидоре, он запомнил с детства. Сартин, Бурдо и Семакгюс внесли свою лепту в формирование того Николя, каким он стал сейчас; немалая заслуга в этом принадлежит также Ноблекуру. С трепетом, близким к священному, он понимал, что каждый из тех, кого он сейчас вспомнил, щедро поделились с ним своим опытом, окружили его отеческой заботой и с головы и до ног вооружили против жизненных невзгод. Мысль о том, сколь многим он обязан этим великодушным людям, прогнала его мрачное настроение, и, призвав на помощь Господа и святую Анну, он вновь утвердился перед лицом судьбы, на службе короля.
Когда на подъезде к Версалю экипаж медленно продвигался по лесу Фос Репоз, непогода окончательно разъярилась: стеной хлынул холодный осенний дождь, сопровождаемый шквалистыми порывами ветра; обнажив землю, ветер вколачивал в нее крупные тяжелые капли. Завороженный зрелищем разбушевавшейся природы, Николя не отрывал взор от окна. Неожиданно взгляд его упал на предмет, брошенный на обочине дороги. Из-за струившегося по стеклу дождя очертания его расплывались, и он не сразу разобрал, что это человек. Стукнув в переднюю стенку кузова, он велел кучеру остановиться; тот послушался, экипаж вильнул в сторону, колеса прокрутились по грязи и остановились; раздались окрики и конское ржание. Выскочив под дождь, он увидел лежащую на земле женщину; она была без сознания. Склонившись над бедняжкой, он взял ее на руки и бегом вернулся к карете. Неожиданная ноша оказалась легкой как пушинка; одним движением он закинул ее на сиденье. Закрыв дверцу, он сел и вгляделся в бледное тонкое лицо, обрамленное длинными каштановыми кудрями, разметавшимися по корсажу. От девушки исходил запах вербены, который не сумели перебить ни резкие запахи осени, ни горьковатый аромат мокрой земли и листьев. Достав носовой платок, он вытер ее исцарапанные гравием руки. Встрепенувшись, она застонала и, прижавшись к нему, уткнулась губами в его подбородок. Он вспомнил Мушетту, чьи прикосновения отличались такой же нежностью. Постепенно девушка пришла в себя, лицо ее порозовело. Открыв глаза, оказавшиеся серыми с синими крапинками, она с нескрываемым любопытством посмотрела на него и, поправив на груди кружевную косынку, высвободилась из его объятий.
— Сударь, я в смущении. Что со мной случилось?
Николя разжал объятия и аккуратно усадил ее на скамью.
Теперь, когда он окончательно разглядел ее, он решил, что ей немногим более двадцати.
— Сударыня, увидев, как вы упали, я велел кучеру остановиться, выскочил из кареты и оказал вам помощь.
Она улыбнулась, и он убедился, что у нее ослепительная улыбка.
— Кого я должна благодарить, господин спаситель?
— Николя Ле Флок, комиссар Шатле.
Он мог бы и не называть своей должности, но, как показывал опыт, умолчание быстро влекло за собой неприятности.
— О! — с нескрываемым интересом произнесла она. — Наш дорогой Ранрей!
Николя помрачнел. Любого, кто без предупреждения вторгался на его личную территорию, он воспринимал как непрошеного гостя. Это прозвище он расценивал как своего рода нить, соединявшую его с королевской семьей. Покойный король и его фаворитки, дочери покойного короля и король нынешний называли его так, когда хотели оказать ему уважение. Девушка искоса смотрела на него. Заметила ли она его раздражение? Накрутив на палец локоны, она принялась выжимать из них воду, тотчас закапавшую ей на платье.
— У нас есть общий друг, господин де Лаборд, — объяснила она. — Его жена — моя ближайшая подруга. Он не устает восторгаться вами. Он поет вам хвалы и, похоже, готов переложить их на музыку!..
Чуть-чуть приподнявшись, она изобразила некое подобие реверанса и произнесла:
— Эме д'Арране, к вашим услугам.
Он с облегчением вздохнул. Раздражение исчезло, уступив место блаженной легкости. Девушка устроилась в уголке экипажа. Воцарилась тишина. Он чувствовал исходящую от неожиданной попутчицы беззаботность и нежность и не уставал ею восхищаться. Он ощущал себя помолодевшим.
— А что вы искали при такой грозе?
— Сударь, вы задаете нескромные вопросы. Но я окажусь неблагодарной, если не удовлетворю ваше любопытство…
Жалоба
Напишите нам, и мы в срочном порядке примем меры.
Комментарии