Фугас - Сергей Герман
![Фугас - Сергей Герман](https://freereadknigi.com/images/books/34520/34520.jpg)
- Доступен ознакомительный фрагмент
- Категория: Книги / Военные
- Автор: Сергей Герман
- Страниц: 65
- Добавлено: 2019-05-11 03:17:56
- Купить книгу
Внимание! Книга может содержать контент только для совершеннолетних. Для несовершеннолетних просмотр данного контента СТРОГО ЗАПРЕЩЕН! Если в книге присутствует наличие пропаганды ЛГБТ и другого, запрещенного контента - просьба написать на почту egorovyashnikov@yandex.ru для удаления материала
Фугас - Сергей Герман краткое содержание
Прочтите описание перед тем, как прочитать онлайн книгу «Фугас - Сергей Герман» бесплатно полную версию:От Алексея ушла жена, и он запил на три дня. Его навестил друг Гена, и два парня, не мудрствуя лукаво, решили поехать служить по контракту в Чечню. И вот они в Грозном. Здесь все другое, не такое, как в мирной жизни. Другие люди, другие отношения, другие ценности. Даже имя пришлось поменять. Теперь у контрактника Алексея позывной Майор. И его ставшая хрупкой жизнь как бы начала отсчет заново...
Фугас - Сергей Герман читать онлайн бесплатно
Ознакомительный фрагмент
Защита Отечества является долгом и обязанностью гражданина Российской Федерации.
Статья 59 Конституции РФ
«Дикие гуси» — так в Средневековье именовали ирландских солдат, отправлявшихся воевать на чужбине. Российских солдат-контрактников, воевавших в Чечне, называют «контрабасами». Наверное, потому, что слова «контракт» и «контрабас» созвучны. Да и Чечня де-юре пока еще территория России. Кое-кто пробовал называть контрактников на западный манер — «псами войны» или «дикими гусями». Но это не прижилось. Контрабасы — лучше.
А вот чеченцев называют «чехами». Но об этом, думаю, все знают.
В 42-й мотострелковой дивизии, совсем недавно воевавшей в Чечне, солдат-контрактников было около 14 тысяч. Возраст в основном от 19 до 30, но попадались 35- и даже 40-летние. В первую войну в Чечне воевал 694-й мотострелковый батальон, который неофициально называли «Казачий батальон имени Ермолова». Отчаянно сражался… Чехи его реально побаивались. Так там даже 50-летние дядьки встречались.
Когда Путин стал Верховным Главнокомандующим, в Чечне стало меньше голодных и запуганных срочников. Воевали уже взрослые мужики, у большинства которых за спиной была не одна война.
Но, избавившись от одной болячки, военное руководство нажило себе другую. Это только в газете «Красная Звезда» контрактников называют профессиональной армией, на самом деле — это стихия.
Их не помордуешь, как солдат-срочников, не поморишь голодом.
Зимой 2000-го на моих глазах пьяные контрактники подняли с постели военного коменданта Северной зоны безопасности и чуть не набили ему морду за невыплату зарплаты. Я был свидетелем того, как осенью 99-го перед отправкой в Чечню солдат-контрактник напрямую спросил генерал-лейтенанта Бабичева, почему туда посылают неподготовленные подразделения. Стоящий рядом комбат от страха впал в ступор. Мысленно он прощался с должностью и готовился к самому худшему. Хотя, казалось бы, что может быть хуже Чечни?!
Но обошлось. Бабичев никого наказывать не стал. Среди генералов тоже ведь есть нормальные мужики. Ну а комбат, после того как мы вошли в Чечню и обустроились, на радостях пил неделю.
Кто шел в контрактники? Первая и очень немногочисленная категория — вояки. Как говорит Дима Пушкарев: «Война — она, как наркотик, — затягивает». Сам Пушкарев срочную служил «за речкой», потом несколько лет в ментовке, из которой его уволили за несдержанность и отмороженность, потом Чечня. В моей роте есть еще несколько таких, как он. Для них война стала профессией. Для тех, кто прошел Афганистан, Приднестровье, первую чеченскую кампанию. Деньги для них — дело второстепенное. Спустить за отпуск в кабаках тридцать, сорок, пятьдесят тысяч — «Не проблема!». Поехать к морю на такси? «Легко!»
Кончились заработанные потом и кровью «боевые» — новый контракт на полгода или год.
Но практически никто из контрактников не ставит цели на всю жизнь оставаться на контракте. Если у кого и есть такие мысли, то очень быстро пропадают. Да и отцы-командиры после военных действий оставлять у себя людей воевавших не собираются. На контрактников смотрят как на пушечное мясо недолговременного хранения, и не более.
Но есть и такие, как инструктор разведки Игорь Прибный, или просто Степаныч.
Бывший подполковник РУБОПа, пенсионер по выслуге. Ему 44 года. Война — это его нормальное состояние души. В каком Степаныч здесь статусе — никто не знает, но боевые он не получает, несмотря на то что делает самую нужную и опасную работу: ищет и снимает растяжки, ползает с разведчиками к чехам, натаскивает наших ребят, как снимать часовых, учит, как убивать ножом и еще многому другому. Я спрашиваю:
— Степаныч, ты сколько раз на войне был?
— Пять.
— Не надоело?
— Надоело.
— А чего же опять здесь?
— Профессия у меня такая, призвание. Родину защищать.
— А-аааа! Тогда понятно.
Еще есть несколько хлопцев с татуированными пальцами. Перстни там всякие, что они означают, точно не знаю, но Степаныч просвещает:
— Ага, вот это — гоп-стоп, грабеж то есть. А это — малолетка.
— Степаныч, а ты дискомфорта не испытываешь? Все-таки мент, хоть и бывший. А это — урки.
Степаныч усмехается в свои вислые хохляцкие усы:
— Ну и шшо, Алоша?
Он зовет меня Алоша. Когда Степаныч в настроении, то говорит на какой-то русско-украинско-белорусской смеси. Он называет ее балачкой.
— Это они там были раздолбай, а здесь солдаты. У нас полстраны сидело. Если усих сидевших не брать, кто Россию защищати буде?
Все правильно, кто тогда будет защищать Россию?
Основная категория — это те, кто поехал на войну подзаработать. Заводы стоят, талант торговать имеет не каждый, а семьи голодные. После недавних взрывов в Москве российское правительство и СМИ назвали основного виновника — Чечня!
Индикатор народной ненависти сразу зашкалил. Страна захотела войны. Война была желанна многим.
А что? С экономической точки зрения война — выгодное мероприятие.
Богатые захотели стать очень богатыми. Нищие озаботились свести концы с концами.
Путин пообещал контрактникам платить боевые — 800 рублей в день. Плюс основная зарплата. Плата за должность. Звание. Выслугу. Получается много. Около тысячи рублей! 1000–1300 рублей в день «боевых».
И народ стали вербовать деньгами. У военкоматов потянулись очереди. В основном тех, кто уже давно на завтрак, обед и ужин, а также на первое, второе и третье потреблял одни макароны.
И каждый вечер в солдатских палатках диспуты: заплатят или, как всегда, нае… т, нагреют, в общем?
Больше всех распаляется Толя Беленко:
— Губу раскатали, дадут вам боевые… Как же! Да где Россия денег столько найдет? Если учителям и врачам по полгода не платят?
Мы пытаемся подсчитать, сколько уйдет на зарплату только нашей роте. А батальону? Полку? Ди-ви-зии?.. У-уууу!
Соглашаемся. Опять нае… т, то есть нагреют.
Сколько водки можно выпить за три дня? Одному. Три бутылки? Шесть? Десять? Ошибаетесь — ящик. Именно столько пустых бутылок я обнаружил однажды утром рядом с диваном. Прошедшее вспоминается с трудом, какими-то лоскутьями.
После первых пьяных суток водка идет уже как вода. Организм не реагирует на вкус и запах. Я отрываю голову от подушки, наливаю половину граненого стакана, выпиваю, отрубаюсь. Через час просыпаюсь, наливаю снова и снова отрубаюсь. Ночью просыпаюсь, вспоминаю, что живу почти в прифронтовой полосе. Здесь по ночам исчезают люди, угоняют скот, взрывают дома. Решил — живым не сдамся. Сваливаюсь с дивана, доползаю до шкафа, вытягиваю карабин. Здесь же и патроны. Один загоняю в ствол. Карабин кладу под подушку. Держитесь, суки!
Жалоба
Напишите нам, и мы в срочном порядке примем меры.
Комментарии